ФГБОУ ДПО Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования Минздрава России

последние новости

  • 15 июня 2022

    Второй номер за 2022 год получился очень интересным и разнообразным по количеству тем и авторов. В его создании участвовали преподаватели и специалисты Хирургического факультета РМАНПО. В номере также опубликованы статьи кафедр других факультетов Академии и один из обзоров Кокрейн Россия….

  • 10 июня 2022

    Учредитель журнала «Педагогика профессионального медицинского образования» ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» (РМАНПО) заключил соглашение с издательством John Wiley&Sons, Ltd. (“Wiley”) о регулярных публикациях Кокрейновских систематических обзоров. Это вторичные публикации из Кокрейновской базы данных на русском языке с…

  • 16 марта 2022

    Вышел в свет первый номер нашего журнала за 2022 год. Читайте на страницах выпуска статьи на актуальные темы развития отечественного здравоохранения. Номер подготовлен при активном содействии Терапевтического факультета РМАНПО во главе с деканом И.Д. Лоранской.

  • 29 ноября 2021

    На этой неделе выходит четвертый номер нашего журнала за 2021 год. Большинство материалов для него подготовлено преподавателями и сотрудниками Академического образовательного центра фундаментальной и трансляционной медицины (АОЦФТМ) ФГБОУ ДПО РМАНПО (г. Москва).

  • 20 ноября 2021

    Уважаемые коллеги! Поздравляем с профессиональным праздником — Днем преподавателя высшей школы (19 ноября). Дата праздника установлена приказом Министерства науки и высшей школы РФ.

  • 28 сентября 2021

    Начался новый учебный год и мы выпускаем третий номер нашего журнала. Основу номера составляют статьи специалистов Пензенского института усовершенствования врачей (ПИУВ).

Выпуск #3/20

УДК 616.126.52-089.843
Шифр специальности ВАК 14.01.03

БЕЗОПАСНОСТЬ И ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРОКТОРСКИХ СЕССИЙ ПРИ ТРАНСКАТЕТЕРНОЙ ИМПЛАНТАЦИИ АОРТАЛЬНОГО КЛАПАНА

Аннотация:

Транскатетерная имплантация аортального клапана (ТИАК) является альтернативой хирургии у пациентов высокого хирургического риска и неоперабельных больных. В настоящее время отмечается экспоненциальный рост количества выполняемых процедур. Все большее количество научных центров внедряют программу по выполнению ТИАК, однако практически нет данных о необходимом количестве больных в период обучения и результатах прокторских сессий. В настоящей статье приводится опыт Российского научного центра хирургии имени академика Б.В. Петровского, описываются непосредственные и отдаленные результаты ТИАК с момента внедрения (2013г.) с точки зрения кривой обучения под руководством прокторов. Полученные результаты свидетельствуют о безопасности и эффективности прокторских сессий для достижения приемлемых результатов.

Ключевые слова:

транскатетерная имплантация аортального клапана (ТИАК), прокторские сессии, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского», пациенты, клиника, хирургия.

Введение.

Стеноз аортального клапана – наиболее частое поражение клапанного аппарата сердца, проявляющееся сужением аортального клапана, ведущее к затруднению оттока крови из левого желудочка и резкому возрастанию градиента давления между левым желудочком и аортой. Частота встречаемости данного порока возросла в связи с увеличением продолжительности жизни населения. Клиническое течение заболевания возможно как симптомное, так и асимптомное.

Симптомы, как правило, развиваются постепенно после бессимптомного латентного периода в течение 10–20 лет. После появления симптомов прогноз существенно снижается, а средняя выживаемость без хирургического вмешательства составляет всего 2–3 года. Золотым стандартом лечения таких пациентов считалась хирургическая замена аортального клапана [1]. У пациентов высокого хирургического риска или неоперабельных альтернативой хирургии является транскатетерное протезирование аортального клапана. В настоящее время в мире накоплен опыт более 350 тысяч подобных операций, а совершенствование технологии позволяет ТИАК развиваться очень быстрыми темпами, в том числе в России [2]. По современным данным, периоперационная летальность в группе малоинвазивного протезирования АК не превышает 6% (Rodés-Cabau J. et al., 2008). По данным регистра в Великобритании в 2009 г. выживаемость через 30 дней после транскатетерной имплантации аортального клапана составляла 92,9%, через один год – 78,6% и через два года – 73,7% [3]. Внедрение метода ТИАК в клинику с достижением непосредственных и отдаленных результатов на уровне общепринятых мировых стандартов возможно только с использованием прокторских сессий. О стандартизированных рекомендациях по безопасному началу программы TAVI и четких методов для обсуждения кривой обучения пока не сообщается. Целью анализа нашего начального опыта внедрения ТИАК в клинику является оценка роли прокторства и ее влияние на непосредственные и отдаленные результаты.

 

Материал и методы.

В РНЦХ им. Б.В. Петровского, за период с 2013 по 2017 г. под руководством 6-ти экспертов (4-х российских и 2-х зарубежных) выполнено 24 операции по транскатетерному протезированию аортального клапана с использованием самораскрывающихся клапанов CoreValve фирмы Medtronic 16 больным и 8 пациентам репозиционируемых клапанов Lotus Edge фирмы Boston Scientific. Результаты оценивались в соответствии с критериями VARC-2 («Valve Academic Research Consortium») [6].

Средний возраст всех пациентов составил 78,6 (±4,5) лет. Показанием к протезированию АК во всех случаях явилось дегенеративное изменение аортального клапана с формированием критического стеноза аортального клапана у пациентов высокого хирургического риска или неоперабельных больных.

Критерии включения:

  • симптомный стеноз аортального клапана;
  • площадь открытия аортального клапана менее 0,8 см2, средний градиент давления больше или равен 40 мм рт. ст., Vmax больше или равен 4 м/с);
  • пациенты высокого хирургического риска или неоперабельные.

Критерии исключения анатомические:

  • неклапанный аортальный стеноз;
  • врожденный аортальный стеноз, анатомически двустворчатый аортальный клапан;
  • некальцинированный аортальный стеноз;
  • расстояние от кольца аортального клапана до устий коронарных артерий менее 1,0 см (не для всех типов протезов АК);
  • аневризма восходящего отдела аорты;
  • наличие внутрисердечных новообразований, тромбов или вегетаций;
  • поражение или патология подвздошных и бедренных артерий.

Критерии исключения клинические:

  • противопоказания проведения общей анестезии;
  • противопоказания и/или непереносимость антитромбоцитарных препаратов и/или антикоагулянтов;
  • первичное тяжелое поражение митрального клапана, которое требует хирургического лечения;
  • тяжелое поражение трикуспидального клапана;
  • тяжелые поражения коронарных артерий, требующие реваскуляризацию миокарда методом коронарного шунтирования;
  • острый инфаркт миокарда (ИМ) в течение месяца до предполагаемого лечения;
  • сердечная или дыхательная недостаточность, требующие инотропной поддержки и механической вентиляции легких;
  • ожидаемая продолжительность жизни менее 12 месяцев из-за некардиальной сопутствующей патологии.

Стандартный объем клинико-инструментальных и лабораторных исследований включал в себя физикальное, инструментальное и лабораторное обследования. Инструментальное обследование состояло из: рентгенографии грудной клетки, ЭКГ в покое в 12 отведениях, эхокардиографии, УЗДГ сосудов дуги аорты и артерии нижних конечностей, фиброэзофагогастродуоденоскопии (ФЭГДС), коронарной ангиографии (при необходимости выполнение реваскуляризации миокарда первым этапом). Диагноз стеноза АК у всех пациентов был установлен с помощью эхокардиографии.

Всем больным в плане предоперационной подготовки выполняли стандартный набор обследований: лабораторно-инструментальное обследование, в том числе определение общего анализа крови, биохимического анализа крови. По стандартному протоколу измерялось систолическое и диастолическое артериальное давление (САД, ДАД); регистрировалась ЭКГ в 12 стандартных отведениях, рентгенография грудной клетки, трансторакальная ЭхоКГ, чреспищеводная ЭхоКГ, МСКТ-аортография аорты с 3D-реконструкцией, селективная ангиография коронарных артерий. Проводилась оценка хирургического риска согласно шкалам риска EuroSCORE, EuroSCORE II и STS.

Трансторакальная ЭхоКГ проводилась по стандартному протоколу с определением основных объемных и линейных характеристик до и после операции. Трансторакальное эхокардиографическое исследование, несмотря на высокую информативность в определении состояния аортального клапана и других структур сердца имеет ряд недостатков. Методом более точной ультразвуковой оценки состояния аортального клапана является чреспищеводная ЭхоКГ (ЧпЭхоКГ). Многие факторы, лимитировавшие получение трансторакального изображения достаточно высокого качества (ожирение, эмфизема легких, ИВЛ, узкие межреберные промежутки и т.д.) нивелируются при выполнении ЧпЭхоКГ, которое выполнялось по умолчанию всем пациентам в интраоперационном периоде, а также всем пациентам с ФП на догоспитальном этапе для исключения тромбов в левом предсердии. Ценность интраоперационного выполнения данного метода всем пациентам не вызывает сомнений. По данным ЧпЭхоКГ, одного пациента выявлены признаки состоявшегося инфекционного эндокардита – вегетации на створках, что является противопоказанием для выполнения транскатетерного протезирования аортального клапана, поэтому от проведения оперативного вмешательства решено воздержаться.

 

Операция.

Анестезиологические пособие заключается в общей анестезии, установке центрального венозного катетера, мочевого катетера, зонда-электрода (трансюгулярным доступом) для временной стимуляции желудочков, мониторировании инвазивного АД. Далее устанавливается датчик ЧпЭхоКГ. Под общей анестезией в скарповом треугольнике выполняли доступ к одной из общих бедренных артерий. Далее пунктировали и катетеризировали правую лучевую артерию, с целью проведения в восходящий отдел аорты диагностического катетера Pigtail. Выполнялась аортография.

Через интродьюсер 18F в полость левого желудочка заводили мягкий проводник, который затем через катетер заменяли на супержесткий проводник, предварительно смоделировав кончик проводника (для клапана CoreValve). Для клапанов Lotus Edge использовали специально созданный проводник Safari. У определенной категории пациентов с площадью открытия менее 0,6см2 и резко выраженным кальцинозом  по супержесткому проводнику в позицию аортального клапана доставляли баллонный катетер, после чего производили баллонную вальвулотомию на фоне высокочастотной электрокардиостимуляции. В момент раздувания баллона проводили обязательную ангиографию корня аорты для контроля проходимости устьев коронарных артерий. Далее в позицию аортального клапана заводили собранный на системе доставки биопротез, после чего производили его имплантацию под контролем аортографии и ЧпЭхоКГ. После удаления системы доставки проводили контрольную аортографию с оценкой окончательной позиции протеза, его запирательной функции, парапротезной регургитации и проходимости коронарных артерий. Выполнялась контрольная оценка  имплантированного клапана по ЧпЭхоКГ.

В послеоперационном периоде пациенты наблюдались в отделении кардиореанимации в течение суток.

Результаты.

В госпитальном периоде оценивали технический успех и наличие осложнений. По истечении 30-ти дней оценивали клинический статус и функцию протеза по данным ЭхоКГ. В дальнейшем рекомендовали выполнение ЭхоКГ не менее 1 раза в год.

Технический успех составил 91,7% (22 из 24 пациентов). У одного пациента потребовалась имплантация клапана в клапан: при расправлении биопротеза CoreValve отмечено сцепление доставочного катетера и двух проксимальных петель каркаса клапана. Многочисленные попытки манипуляции с ручкой микрорегулировки не привели к высвобождению биопротеза из доставляющего катетера. Дальнейшие попытки привели к дислокации биопротеза в восходящий отдел аорты. С помощью баллонного катетера клапан смещен в восходящем отделе аорты между коронарными артериями и брахиоцефальным стволом. Принято решение об имплантации дополнительного аортального клапана по методике «клапана в клапан». По данным ЧпЭхоКГ, после имплантации степень аортальной регургитации – 1. Средний градиент давления 8 мм рт. ст. у второй пациентки в связи с исходно существующим митральным стенозом, кальцинозом и неподвижностью задней створки митрального клапана при имплантации клапана в послеоперационном периоде возник острый митральный стеноз, потребовавший открытой операции (по данным интраоперационной ЧпЭхоКГ: механическое препятствие диастолического открытия 2/3 передней створки митрального клапана аортальным протезом с формированием функционального стеноза митрального клапана (с учетом выраженного кальциноза и неподвижности задней створки митрального клапана) Vmax 2,5м/с, PGr 27/14 mmHg, Smo 1,3 см2. В дальнейшем при динамическом наблюдении отмечалось прогрессирование нарушения гемодинамики в связи с остро развившимся функциональным митральным стенозом. Было принято решение о хирургическом лечении – операции репротезирования аортального и ревизии митрального клапанов биопротезами в срочном порядке. Выполнена операция репротезирования аортального клапана (биологический протез Sorin Mitroflow 21) и ревизия митрального клапана. После удаления эндоваскулярного протеза в протезировании митрального клапана необходимости не было. Операция прошла без осложнений. По данным контрольного ЭхоКГ гемодинамические параметры и функция протеза в аортальной позиции в пределах нормы.

Госпитальной летальности не наблюдалось. По данным 30-дневного и годичного периодов смертельных исходов также не зарегистрировано.

В госпитальном периоде:

  • из осложнений, связанных с операцией, следует отметить, что в 2-х случаях (8,3%) произошло усугубление существующей митральной недостаточности (из 1-2 в 3-ю степень), вероятно, связанное с повреждением хордального аппарата;
  • в одном случае (4,16%) возникла перфорация правого желудочка с клиникой тампонады, которая успешно купирована пункцией перикарда;
  • ОНМК отмечено у 2 пациентов (8,3%) с полным восстановлением в послеоперационном периоде;
  • имплантация постоянного ЭКС – у 2 пациентов (8,3%);
  • парапротезная регургитация более 2 степени у одного пациента (4,16%), которая в госпитальном периоде уменьшилась до 2 степени и не потребовала дополнительного вмешательства;
  • кровотечение, потребовавшее гемотрансфузии – 1 пациент (4,16%);
  • инфекционное осложнение, связанное с местом доступа – 1 пациент (4,16%);
  • нарушения проводимости сердца: полная блокада левой ножки пучка Гиса, сохраняющая в течение всего госпитального периода, не требующая имплантации ЭКС отмечалась у 8 пациентов (33,3%). Инфаркт миокарда не зарегистрирован.

В госпитальном периоде проводилась оценка эффективности процедуры. Для оценки класса сердечной недостаточности всем пациентам проводили 6-ти минутный тест с ходьбой. Снижение класса СН на 2 и более пункта отмечено у 16 пациентов (66,7%), у 2-х больных (8,3%) СН снизилась на один пункт, у 4-х пациентов (16,7%) динамики не отмечено, у 2-х пациентов (8,3%) оценка функционального статуса была невозможна в связи с ОНМК. Однако, в отдаленном периоде после восстановления неврологического статуса, один из пациентов отметил значительное улучшение, в то время как у второй пациентки, несмотря на нормальную функцию протеза, субъективных изменений не отмечалось в связи с выраженной хронической обструктивной болезнью легких.

Оценка отдаленных событий проводилась через 1 месяц и затем ежегодно после оперативного вмешательства. Данные собирались во время беседы по телефону. Регистрировалась самооценка состояния здоровья, наличие госпитализаций, в том числе причины госпитализации: возникновение инфаркта миокарда, инсульта, наличие рестеноза АК или смерти. Среднее время наблюдения после операции составило 1,6+/–0,8 года. В отдаленном периоде у одной пациентки (4,16%) отмечено снижение толерантности к физической нагрузке, постепенное и прогрессирующее нарастание одышки. При обследовании по данным ЭхоКГ выявлено увеличение градиента давления до 43 мм.рт.ст. (12 мм.рт.ст. при выписке), выставлен диагноз тромбоза биопротеза. При этом пациентка находилась на приеме двойной антиагрегантной терапии и назначена антикоагулянтная терапия. Через 2 месяца на фоне антикоагулянтной терапии, строгого контроля МНО (целевые значения 2,5-3) функция протеза восстановлена полостью (градиент давления 15 мм.рт.ст.), толерантность к физической нагрузке возросла, признаков тромбоза биопротеза не выявлено.

По данным 12 месячного периода наблюдения улучшение качества жизни, связанное с увеличением толерантности к физической нагрузке, отмечено у 19 пациентов (79,2%).

Заключение.

Процедуре транскатетерного протезирования аортального клапана присвоен класс 1 в рекомендациях с уровнем доказательности «В» для пациентов, которые не являются подходящими кандидатами для открытой хирургии, класс IIа – для пациентов высокого риска [4]. Однако данная технология является технически сложной и требует от рентгенэндоваскулярного специалиста большого количества навыков. Безопасное внедрение методики требует, кроме тщательной теоретической и практической подготовки близкого взаимодействия специалистов разных областей: кардиологов, кардиохирургов, анестезиологов-реаниматологов, специалистов функциональной диагностики, аритмологов. При этом, заимствование опыта и знаний от экспертов играет важнейшую роль в освоении методики.

Транскатетерное протезирование аортального клапана произвело революцию в лечении симптомного критического аортального стеноза. В течение последнего десятилетия в развитых западных странах выбор данного метода лечения среди пациентов высокого хирургического риска и неоперабельных пациентов возрос. В настоящее время также проводятся крупные рандомизированные исследования (SURTAVI), по сравнению хирургического лечения с ТИАК у пациентов среднего хирургического риска. В исследовании участвовало 1 657 пациентов, из которых 863 была назначена ТИАК (724 пациентам имплантирован клапан CoreValve, 139 – Evolut R) и 794 пациентам назначена открытая хирургия. Смертность от любой причины (первичная конечная точка) в течение 24 месяцев в группе TAVR – 11,4% и 11,6% – в группе SAVR. Результаты исследования SURTAVI подтверждают уникальность метода транскатетерного протезирования аортального клапана, показывая, что ТИАК ничем не уступает хирургическому лечению пациентов с тяжелым аортальным стенозом среднего хирургического риска [5].

Широкое распространение метода ТИАК во всем мире и у нас в стране привело к тому, что в учреждениях, которые только начинают данную программу и внедряют метод ТИАК, должны показывать соответствующие результаты. Иначе, это может привести к дискредитации метода и прекращению его внедрения и развития в клинике. Как показывает наш опыт, механизм прокторства помогает добиться желаемых результатов. Несмотря на тяжелый контингент больных, как по клиническому состоянию, так и по поражению аортального клапана, нами  были получены хорошие непосредственные и отдаленные результаты, вполне укладывающиеся в мировые тенденции результатов ТИАК (таблица 1) [7].

Таблица 1

Частота осложнений после транскатетерной имплантации
аортального клапана

Осложнение Частота, %
Метаанализ
из 17 исследований
РНЦХ
Госпитальная летальность
и 30-ти дневная
7,8 0
Умеренная/тяжелая аортальная регургитация 6,7 4,2
Имплантация постоянного кардиостимулятора 13,9 8,3
Инвалидизирующий инсульт 3,2 0
Конверсия в хирургию 3,2 4,16
Инфаркт миокарда 1,1 0
Технический успех,
согласно VARC-2
92,1 91,7
Большие сосудистые осложнения 11,9 8,3

 

При этом, мы считаем, что период прокторского обучения должен быть достаточно продолжительным и включать в себя не менее 25–30 процедур (а не 8–10 как считают некоторые производители клапанов), для того чтобы отладить полностью весь процесс от отбора пациентов, выполнения вмешательства, лечения развившихся проблем и осложнений и курирования этих больных в послеоперационном периоде. Необходимо также отметить, что у специалиста уже должен быть опыт самостоятельного выполнения ЧКВ, взаимодействия с устройствами большого диаметра, например, опыт эндопротезирования аорты, выполнения вальвулопластики.

Несмотря на небольшой опыт, можно отметить, что процедура ТИАК является эффективным методом лечения у пациентов высокого хирургического риска и неоперабельных больных, а прокторские сессии и тщательный мониторинг всей кривой обучения на начальном этапе освоения методики позволяют достичь приемлемых результатов, уменьшить наиболее распространенные перипроцедурные осложнения.

Однако с появлением более простых и эффективных транскатетерных клапанных систем с меньшим диаметром доставляющей системы кривая обучения, скорее всего, будет короче.

 

Список литературы

  1. Cribier, A. Commemorating the 15-year anniversary of TAVI: insights into the early stages of development, from concept to human application, and perspectives// EuroIntervention. – №13. – P. 29–37.
  2. Алекян Б. Г., Стаферов А.В., Григорьян А.М., Карапетян Н.Г. Рентгенэндоваскулярная диагностика и лечение заболеваний сердца и сосудов в Российской Федерации – 2017 год // Эндоваскулярная хирургия. – 2018. – Т.5. №2. – С. 93–240.
  3. Moat N.E., Ludman P., et al. Long-term outcomes after transcatheter aortic valve implantation in high-risk patients with severe aortic stenosis: the U.K. TAVI (United Kingdom Transcatheter Aortic Valve Implantation) Registry// J AmCollCardiol. – 2011. №58. – P. 2130–2138.
  4. 2017 ESC/EACTS Guidelines for the management of valvular heart disease/ Baumgartner H. et al. // European Heart Journal. – Volume 38, Issue 36, 21 September, 2017. – P. 2739–2791.
  5. Reardon M.J., Van Mieghem N.M., et al. Surgical or Transcatheter Aortic-Valve Replacement in Intermediate-Risk Patients// The New England Journal of Medicine. – №376. – P.1321–1331.
  6. Kappetein A. Pieter et al. Updated standardized endpoint definitions for transcatheter aortic valve implantation: the Valve Academic Research Consortium-2 consensus document // European Heart Journal. – 2012. № 33. – 2403–2418.
  7. Genereux Philippe, Head Stuart, et al. Сlinical outcomes after transcatheter aortic valve replacement (TAVR) using valve academic research consortium (VARC) definitions: a weighted meta-analysis of 3,519 patients from 17 studies.// JACC. – March 27, 2012. Volume 59, Issue – P. 2317–2326.

 

Сведения об авторах

Абугов Сергей Александрович – доктор медицинских наук, руководитель отдела рентгенохирургии и аритмологии, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»; профессор ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России (Москва).

 

Саакян Юрий Мамиконович – доктор медицинских наук, заведующий отделением рентгенохирургических методов диагностики и лечения, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»; профессор, ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России (Москва).

 

Пурецкий Михаил Владимирович – доктор медицинских наук; главный научный сотрудник, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»; профессор, ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России (Москва).

 

Поляков Роман Сергеевич – кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»; доцент, ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России (Москва).

 

Марданян Гайк Ваникович – кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Пиркова Александра Александровна – старший научный сотрудник, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Федулова Светлана Вячеславовна – кандидат медицинских наук, заведующая лабораторией интраоперационной диагностики, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Подоляк Дмитрий Геннадьевич – кандидат медицинских наук, сердечно-сосудистый хирург, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Турундаева Анастасия Николаевна – кардиолог, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Вартанян Эрик Левонович – аспирант, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

Кудринский Алексей Викторович – аспирант, ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (Москва).

 

SAFETY AND EFFICACY OF PROCTORING DURING TRANSCATHETER AORTIC VALVE IMPLANTATION

 

S.A. Abugov – Doctor of Sciences in Medicine, Head of the Department of x-ray surgery and Arhythmology, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow); Professor of the Russian medical Academy of continuing professional education of the Ministry of health of the Russian Federation (Moscow).

Yu.M. Saakyan – Doctor of Sciences in Medicine, Head of the Department of x-ray surgical methods of diagnosis and treatment, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow); Professor, Russian medical Academy of continuing professional education, Ministry of health of Russia (Moscow).

M.V. Puretsky – Doctor of Sciences in Medicine; Chief researcher, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow); Professor, Russian medical Academy of continuing professional education, Ministry of health of the Russian Federation (Moscow).

R.S. Polyakov – PhD in Medicine, Leading Researcher, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow); Associate Professor, Russian medical Academy of continuing professional education, Ministry of health of Russia (Moscow).

G.V. Mardanyan – PhD in Medicine, Senior researcher, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

A.A. Pirkova – Senior Researcher, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

A.N. Turndaeva, – cardiologist, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

S.V. Fedulova – PhD in Medicine, Head of the laboratory of intraoperative diagnostics, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

D.G. Podolyak – PhD in Medicine, cardiovascular surgeon, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

E.L. Vartanyan – post-graduate student, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

A.V. Kudrinsky – post-graduate student, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery (Moscow).

 

Abstract:

Transcatheter implantation of the aortic valve (TAVI) is an alternative to surgery in patients at high surgical risk and inoperable patients. Currently, there is an exponential increase in the number of procedures performed. An increasing number of Centers are implementing a TIAC program, but there is almost no data on the required number of patients during the training period and the results of Proctor sessions. This article presents the experience of the Petrovskiy Russian Research Center of Surgery and describes the immediate and long-term results of the PROJECT since its implementation (2013) in terms of the learning curve under the guidance of proctors. The results obtained indicate the safety and effectiveness of Proctor sessions to achieve acceptable results.

Keywords:

transcatheter implantation of the aortic valve (TAVI), the guidance of proctors, Petrovskiy Russian Research Center of Surgery, patients, clinic, surgery.

Практика 21.11.2020